Читаем без скачивания Диверсант [HL] - Юрий Корчевский

Саша рванул вправо, влево, потом в сторону немцев. Вот и склеп, маленький и низкий. Саша влетел в него. По центру стояло нечто вроде саркофага. Саша забежал за него и присел. Теперь бы дыхание успокоить, чтобы не выдать себя. Он старался дышать носом. Со лба катились градины пота, хотелось чихнуть — пыли в склепе было предостаточно, пахло мышами. Немцы прошли рядом, был слышен их разговор. Но в склеп не заглянули.

Он не торопился выходить. Немцы наверняка будут возвращаться, он может столкнуться с ними. Какой бес понёс его с пулемётом в глубь кладбища? Ополченцы отступили, надо было уходить с ними. Вот теперь расхлёбывай кашу, что сам заварил. Всё равно, что тигра за хвост ухватил. Страшно и отпустить нельзя.

Из глубины кладбища донёсся свисток, Вероятно, капрал или фельдфебель созывал солдат. Немцы использовали такие свистки, как в своё время боцманы на флоте. Пехотинцы прошли обратно.

Саша перевёл дух. Похоже, пронесло. Сам сунул руку в осиное гнездо. Выждав ещё немного, он выбрался из склепа и ползком добрался до ограды. Надо оружие своё найти, как без него возвращаться, всё-таки имущество казённое. Да и зазорно воину без оружия возвращаться, вроде по трусости бросил на поле боя.

Саша на животе прополз вдоль ограды. По пути забрал у убитого немца автомат, сразу почувствовав себя с ним увереннее. Фу, вот и винтовка его на дереве висит, где он её оставил. И всего-то надо было на десяток метров дальше в первый раз пройти.

Через поле днём идти сейчас рискованно. Не может быть, чтобы немцы наблюдателей не оставили известить на случай атаки ополченцев. Выходит — надо ждать сумерек.

Саша подошёл к убитым пулемётчикам. У одного из них на поясе висела фляга. Пить хотелось сильно. Он вытащил фляжку из чехла, отвинтил пробку и понюхал. Пахло шнапсом. Лучше бы вода была. Но пару глотков сделал. Алкоголь пробежал по жилам, взбодрил. А до ночи ещё далеко. Саша посмотрел на часы. Таки есть, четыре часа пополудни. Уселся на могильную плиту рядом с убитыми. Они ничуть не портили настроения, ведь труп врага хорошо пахнет. К тому же трупы совсем свежие и не пахли совсем.

Издалека приближался гул моторов. Саша забеспокоился, привстал и прислушался. Звук шёл сверху. Через Днепр, довольно высоко, приближались немецкие бомбардировщики. Описав полукруг, произвели бомбометание. Бомбы попали в крайние дома, разнеся их на куски. И потом — по ходу самолётов. Взрывы удалялись, сея разрушения. Самолёты описали круг, зашли снова. На этот раз ведущий промахнулся, бомбы упали на кладбище, разрывы цепочкой пошли через поле к домам. Саша вскочил и бросился к домам. Небось немецкие наблюдатели на кладбище попрятались от бомб. Пыль от взрывов, поднятая в воздух, забивала нос, проникала в лёгкие. Но Саше удалось невредимым добежать до развалин.

Упал за кирпичами, сердце колотилось, губы пересохли. Зато выбрался с кладбища. Забросил на плечо винтовку, постоял, раздумывая — бросить автомат или нести в батальон. Решил нести, оружие ополченцам было нужно. Провёл рукой по лицу, ладонь стала грязной. Ничего, приду — умоюсь. Добрался до подвала. Сергей и Иван встретили радостно.

— Мы думали, тебя убило на кладбище, переживали. Есть будешь?

— И пить тоже.

Саша поел перловой каши с хлебом, выпил две кружки жиденького чая. Каши в миску положили неожиданно много.

— Хлопцы, вы что, сами не ели, мне одному оставили?

— Да нет, повар на всех готовил, а с кладбища едва половина вернулась.

Саша покачал головой. Мало остаётся защитников. Многие жители покинули город при приближении врага, но не все. Туго оставшимся сейчас приходилось. Бомбёжки, артобстрелы, водопровод не работает. Мужчин в армию мобилизовали, а кого не взяли, сами в ополченцы пошли. Пополнения ждать неоткуда. Рядом, на топчан подсел Иван.

— Разговор я слышал, вроде на помощь Смоленску пробивается 152-я дивизия. Как думаешь — удастся?

— Хорошо бы, но сомневаюсь. У немцев танки, самолёты. А ты наши самолёты в небе видел? То-то!

Едва Саша успел поесть, как остаток батальона построили. Он прикинул количество — едва ли больше семидесяти — восьмидесяти человек. Личному составу была поставлена задача — патрулировать улицы.

— Воспользовавшись сложной обстановкой, в городе активизировались грабители, мародёры и прочие отщепенцы и сброд. Ваша задача — поддерживать порядок. Если обнаружите таких лиц — расстрел на месте по законам военного времени.

Ополченцев разбили на группы. Саша, Иван и Сергей держались вместе. Совсем кстати оказался автомат, не патрулировать же улицу со снайперской винтовкой.

Начали обход улиц. Многие дома стояли пустынными. Мало в каких теплилась жизнь. Прошли по улице Ленина, повернули в какой-то переулок. Из дома напротив слышен визг, женский вскрик.

— Туда!

Все трое бросились к подъезду трёхэтажного дома, на первом этаже порядок, шум слышен сверху. Стараясь не топать по лестнице сапогами, парни поднялись на второй этаж. Одна из дверей распахнута, слышны мужские голоса.

— Отдавай, дура старая, золотишко!

Точно, грабители. Вся страна на борьбу с захватчиками встала, а эти подонки грабить пришли. Ну ничего святого, кому война, кому мать родна. Бойцы вбежали в квартиру. Двое парней вполне призывного возраста и приблатненного вида подставили ножи к горлу пожилой женщины. Завидев бойцов, повернулись, выставив вперёд ножи.

— Шли бы вы отсюда подобру, поздорову — угрожающе блеснув золотой фиксой во рту, произнёс старший.

— Брось оружие, руки подними! — полным ненависти голосом приказал Саша.

Грабитель бросился вперёд, пытаясь ударить Сашу ножом. Он ударил кованым сапогом по руке, нож вылетел. С разворота стволом автомата врезал в зубы. Уголовник вскрикнул, зажал рукой рот, потом сплюнул кровью. Прошамкал выбитыми зубами:

— Сука! Придут немцы…

Что он хотел сказать, Саша не дослушал и врезал ему сапогом в пах. Бандит согнулся в три погибели, завыл от боли. Второй грабитель стоял, застыв на месте. Те же тюремные университеты прошёл, судя по наколкам на пальцах. Саша бы его застрелил, но женщина рядом, можно случайно зацепить, да и испугается выстрела.

— Тебе что, повторять надо?

Уголовник швырнул на пол нож, рванул на груди рубашку так, что поотлетали пуговицы.

— Стреляй! — истерично завизжал он. — Пока ваша сила, только недолго осталось, конец вашей власти.

— Выводите обоих! — приказал Саша.

Иван подхватил бандита, что валялся на полу, под руку. Сергей повёл стволом автомата.

— Выходи, шантрапа! И не вздумай дёргаться, застрелю.

Обоих грабителей вывели из дома. Саша на прощание посоветовал женщине запереть дверь.

— Да что у меня брать? Какое золото? Обручальное кольцо неделю назад на хлеб обменяла, а больше брать нечего, — усталым голосом ответила она.

Бандитов поставили у стены.

— По законам военного времени вы приговариваетесь к расстрелу, — объявил Саша.

— Не имеете права, нету таких законов, — завопил молодой бандит.

Второй молча держался за отбитое причинное место.

— Огонь! — скомандовал Саша.

Прогремели три очереди. Бандиты упали замертво.

— Вот же мрази! — мрачно бросил Иван.

За ночь удалось застигнуть на месте преступления ещё одного преступника. Он пытался сбить молотком замок с отделения банка. Шлёпнули сразу. Придурок, ей-богу! Из банка ценности вывезли, как только немцы приблизились, даже охрану не оставили — чего в пустом банке охранять.

В ночном городе в разных местах раздавались выстрелы, это ополченцы наводили порядок. За ночь было уничтожено два десятка грабителей, бандитов, насильников. Прискорбно, что не всех.

Ситуация повторилась на следующий вечер и ночь, а после поутихло. То ли затаились мерзавцы, то ли очистили город от скверны.

Днём по городу била немецкая артиллерия, дважды бомбила авиация, целя по окраинам, там, где находились бойцы 129-й стрелковой дивизии и ополченцы. С каждым днём приходилось всё тяжелее. Сказывалась нехватка патронов, снарядов, горючего, людей. Но город держался. Пока петля окружения не затянулась полностью, по коридору выходили мирные жители, уводя детей, вынося на себе скудный скарб, представляющий хоть какую-то ценность. Город окутывал дым от пожаров, которые было некому тушить.

Саша обращался к начальству с просьбой разрешить свободную охоту. Комиссар удивился:

— Желание твоё мяса в рацион ополченцев добыть похвально, только где ты в городе зверей видел?

Комиссар понял его буквально.

— Нет, на немцев охоту. Они хуже зверей. В конце концов, зачем мне тогда винтовка снайперская?

— Это другое дело. Действуй!

Саша направился на берег Днепра. В районе Смоленска он был ещё не так широк, как у Киева, в низовьях. Для пехоты — преграда, но для пули — нет.

Он присмотрел дом в три этажа на берегу, обследовал — нет ли жителей. Саша помнил, как его накрыли немецкие миномётчики, и не хотел навлекать беду на жителей, если они остались. Дом оказался покинутым жителями.